19:35 18.11.2014
Игорь Блигник опубликовал запись

Matsumoto Castle

 
06:29 18.11.2014
Іван Гонта опубликовал запись

ИТАЛИЯ. Династия Эсте — продолжение

Эрколе I

Еще раз напоминаю, что у нас тут легкое погружение в историю феррарских и моденских герцогов Эсте. Кому интересны исключительно походы по разным интересным местам, можете этот рассказ пропустить. А все остальные вспомнят вместе со мной о нескольких весьма интересных персонажах феррарской истории.

Сыновья Эрколе I. Альфонсо I

Мы с Вами тормознули на герцоге Эрколе I (1431-1505), занимавшем трон с 1471 года, и его супруге Элеоноре Арагонской. Портрета последней я не нашел, а Эрколе I выглядел так (это была последняя картинка предыдущего рассказа):

У этой пары было много детей. Начнем с его знаменитых дочек. Прежде всего, это Изабелла Эсте (1474-1539), герцогиня Мантуанская. Она играла важную роль в политической жизни Италии, несколько раз правила Мантуей во время отсутствия мужа и малолетства сына, проводила переговоры с Людовиком XII, была высоко оценена и папами Медичи — Львом X и Климентом VII. Но известна она не своими политическими играми, а своим меценатством. В числе "ее" художников Тициан, Рафаэль, Мантенья, Джованни Беллини (последнего художника, признаться, я до своей поездки в Венецию и не знал; постараюсь потом показать вам его работы). Впрочем, злобный Муратов (не могу не пустить шпильку в его адрес, уж очень часто он хулит то, чего просто не понимает, а уж его злобное отвержение мозаик Монреале меня возмутило) написал:
"Об Изабелле д’Эстэ написано много книг. Биографы ее любят говорить о том очаровании, которое внушает через века образ мантуанской маркизы. Но им едва ли удастся вызвать в нас прилив живой человеческой симпатии. Об Изабелле д’Эстэ мы можем судить достаточно верно: она вела обширную многолетнюю переписку с различными персонажами Возрождения, и эта переписка сохранилась в архивах Гонзага. Нет, кажется, ни одного события и ни одного значительного лица Италии 1500-1530 годов, которых не касались бы письма всесведущей и вездесущей маркизы. В каждой строке ее посланий сквозит бесконечность ее интереса к жизни, ее интеллектуального "предметного" любопытства, ее жажды действия. Большие дела и маленькие приключения Ренессанса, достижения художников, интриги политиков, празднества, моды, хозяйственные дела, государственные заботы, домашние мелочи — все ворошат, все пересыпают перед нами эти письма, как неисчерпаемую груду перемешанных между собою цветных и тусклых камней. В каждом из них, как в капле воды, отражен мир Возрождения, и каждая подробность его преломлена многогранным умом Изабеллы..."
А парой абзацев ниже Муратов разделывает Изабеллу в пух и прах:
"Отношения мантуанской маркизы к художникам, которые работали для нее и которых она стремилась заставить работать для себя, не совсем таковы, как это хочется изобразить ее панегиристам. Не из чего не явствует, что Изабелла действительно понимала искусство тех великих мастеров, которых засыпала она заказами. В своем рвении добыть ту или иную картину начинающего входить в славу художника великая модница Ренессанса кажется нам несколько суетной и поверхностной...Но упрекать ее в этом можно было бы лишь тогда, если бы хотелось всерьез принять ту позу вдохновительницы искусств, в которую стремятся поставить ее иные биографы. Мантуанская маркиза была усерднейшей заказчицей, и это не совсем одно и то же с вдохновительницей искусств. Ни в чем не подымалась она выше средних воззрений своего времени и ничем не углубляла их. От нее нечего ждать ни проникновения в прошлое, ни прозрения в будущее. Вся до конца исчерпывалась она своим настоящим, своим сегодняшним днем, и в этом не только слабость ее, но и сила. В том, что говорит нам Изабелла д’Эстэ, мы тщетно старались бы услышать слабый голос человеческой души, но в каждом жесте и слове ее звучит эхо тысячеголосой повседневности Ренессанса"sibeaster
В общем, ничего-то бедная мантуанская маркиза не понимала в искусстве, а великий Муратов пришел, увидел и понял. Помнится, Шико у Дюма молился "Не введи нас в искушение, но избави нас от адвокатов", к чему так и хочется добавить "и от искусствоведов"))). Поглядите на эту даму (портрет работы Тициана), ну что еще можно требовать от такой красавицы:


Еще у Эрколе I была дочь по имени Беатриче (1475-1497, очень популярное у Эсте женское имя, не запутайтесь), вышедшая замуж за Людовико Моро, герцога Миланского. Чего-то великого она в жизни сделать не успела, но запомнилась современникам в качестве неописуемой красавицы:

Беатриче рано умерла и не увидела трагического конца семьи Сфорца. Ее мужа вышиб из Милана Людовик XII, ее два сына сумели на короткое время вернуться в родной город, но все это были лишь короткие, хоть и очень красочные эпизоды Итальянских войн. Со смертью последнего из ее сыновей в 1535 году династия Сфорца пресеклась, а Милан в итоге достался Габсбургам, которые с перерывом на революционные и наполеоновские войны владели Миланом до 1859 года.

С дочками Эрколе I мы закончили, а теперь перейдем к сыновьям. Об Альфонсо I и его знаменитой жене Лукреции Борджиа будет разговор позже, а вот жизни прочих сыновей Эрколе так драматически переплелись, что об этом нужно рассказать незамедлительно. От законной жены у Эрколе были еще три сына: Ферранте, Ипполито и Сигизмондо (этот последний нам не очень интересен), а от фаворитки еще один — Джулио.
Самой простой и гладкой была жизнь Ипполито (1479-1520, его еще именуют Ипполито I, чтобы отличить от тезки-племянника). В восемь лет он был наречен архиепископом Эстергома и примасом Венгрии, в 18 — архиепископом Милана, причем обеими архиепархиями он правил дистанционно, не забывая, разумеется, о присвоении их доходов. Часть своей жизни Ипполито провел в Риме (в 1509 году он получил кардинальскую шапку), поскольку был в фаворе у нескольких пап, часть — в Ферраре, не утруждая себя ни церковным служением, ни исполнением обетов бедности и целомудрия. Уж не знаю, что там женщины в нем находили, наверно, самой главной его привлекательной чертой были деньги:

Вот по женской части Ипполито и столкнулся с младшим братом Джулио (1478-1561). Оба ухаживали за одной и той же дамой, она, как бы сказать помягче, не могла отказать ни одному из них, и как-то по глупости ляпнула своему ухажеру-кардиналу, что весь он ничего не стОит по сравнению с чистым взором его брата-соперника. Ревнивый Ипполито приказал своим слугам подкараулить Джулио на охоте и убить его (Все следят за рассказом? Это — приказ кардинала и дважды архиепископа!), но те то ли пожалели принца, то ли не решились выполнить столь бесчеловечный приказ: принца избили, и он лишился глаза. Дело уже происходило в правление Альфонсо I, брата обоих соперников, и к нему Джулио обратился с просьбой о правосудии. Альфонсо I не пожелал быть справедливым (прихоть тирана? денежный интерес? — кто сейчас разберет), и тогда Джулио решил отомстить сам. В заговоре участвовал еще один брат Ферранте (1477-1540). Джулио и Ферранте решили заколоть своих братьев Альфонсо и Ипполито отравленными кинжалами, при этом Ферранте смог бы стать следующим герцогом. Заговорщики четырежды не смогли воспользоваться подходящей ситуацией: то ли испугались, то ли нервы дрогнули. Альфонсо узнал о заговоре и приговрил к смерти всех участников. "Рядовые" заговорщики были казнены, а Ферранте и Джулио были заключены в подземелья Кастелло Эстенсе (мы там побываем еще: камеру Джулио показывают) в 1506 году.

А теперь займемся математикой. Ферранте таки умер в заключении в 1540 году: он просидел там 34 года. Джулио пережил своих царственных брата Альфонсо I и племянника Эрколе II, и был освобожден из тюрьмы в 1559 году своим внучатым племянником Альфонсо II. Он пробыл в каземате 53 года.

Ну а теперь вспомним о том, что герцог Эрколе I умер в начале 1505 года, и наследовал ему старший сын Альфонсо I (1476-1534), герцог с 1505 года. О династической драме, в ходе которой два его брата были заживо похоронены в казематах Кастелло Эстенсе, и о браке по расчету с Лукрецией Борджиа уже было рассказано. Теперь можно вкратце пересказать историю его царствования.
Самые красочные эпизоды правления Альфонсо I связаны с участием в Итальянских воинах. Альфонсо I поспешил принять участие в войне Камбрейской лиги (Франция, Империя, папа Юлий II, Испания против Венеции) , в ходе которой он стремительно захватил Ровиго, Эсте и Полезину, а затем столь же стремительно их потерял. Но затем политическая обстановка изменилась, униженная Венеция смирилась перед папой, и понтифик резко развернул фронт против французского короля Людовика XII, владевшего Миланом (который он отнял у Людовико Моро, мужа Беатриче Эсте, см. выше). Альфонсо I вовремя не сориентировался в этой резкой перемене и остался верным союзу с Людовиком XII. Юлий II, и без того желавший включить Феррару в свои владения, воспользовался случаем и отлучил Альфонсо от Церкви.

Пересказать последующие события кратко — невозможно; можно выделить из них лишь то, что относится к истории Феррарского герцогства. Папская армия захватила Модену, а болонцы, наоборот, свергли папского наместника и сбросили с постамента бронзовую статую Юлия II (работы Микеланджело, между прочим). Альфонсо выкупил эту статую, переплавил ее в пушку, которую назвал Юлией..в честь папы. Затем он пытался вымолить прощение Юлия II, но тот заявил, что ценой прощения будет передача Феррары в вечное владение папства. Альфонсо отказался от прощения такой ценой, вместе с французами разбил папско-испанскую армию при Равенне в 1512 году (это была одна из самых кровопролитных битв той эпохи: суммарные потери обеих армий превысили 14 тыс бойцов). Но победа оказалась пирровой: обескровленная французская армия была вынуждена отступать, а швейцарцы выбили французов из Милана. В результате к 1513 году Людовик XII потерял все владения в Италии, и будущее Альфонсо I вновь оказалось под угрозой.

Но затем воюющие стороны снова сменили союзников: французы договорились с Венецией, а из противниками остались папа Юлий II, миланский Сфорца и император Максимилиан. Два года боевых действий с попеременным успехом, во время которых умершего Юлия II сменил знаменитый развеселый папа Лев X Медичи (тот, кто после избрания заявил: "Господь даровал нам папство, будем же им наслаждаться"), завершились триумфом нового французского короля Франциска при Мариньяно. В 1516 году воюющие стороны наконец-то договорились, и Альфонсо I, в течение всех шести лет не изменивший своему французскому союзнику ни разу (в то время, как остальные участники успевали повоевать друг с другом во всевозможных комбинациях), сохранил за собой Феррару (правда, пока что без Модены) и получил папское прощение. В дальнейших Итальянских войнах Альфонсо, наученный горьким опытом, был осторожнее и вступал в конфликт, только будучи уверенным в успехе. Так Альфонсо принял участие в разграблении Рима имперской армией в 1527 году и был вознагражден за это возвращением Модены и Реджо.

Таким образом, после 20 лет непрерывных войн, интриг, отлучений и прощений Альфонсо I остался при своем. Впрочем, за всей этой бурной деятельностью Альфонсо не забывал, как и все его родичи, меценатствовать: Тициан и Джованни Беллини среди художников и Ариосто среди поэтов внесли свою лепту в прославление герцога. Вот каким он остался в памяти потомков:


Боюсь, что я немного утомил читателей, так что на этом прервемся. В следующий раз мы поговорим об умопомрачительной судьбе Лукреции Боржиа, жены Альфонсо I, и бросим взор на их потомство, тоже весьма интересное...
...   

Читать далее...

 
06:23 18.11.2014
Іван Гонта опубликовал запись

ИТАЛИЯ. Лукреция Борджиа и Лаура Дианти — две женщины одного герцога (продолжение истории Эсте)

Лукреция Борджиа (Бартоломео Венето)

Еще раз напоминаю, что я пока что оторвался от лицезрения красот Феррары, чтобы вкратце пересказать моим читателя историю ферраррских Эсте — семьи, которая сделала город одной из культурных столиц Ренессанса. Поэтому, если кого-то история не интересует, пропустите этот рассказ.
А если кому-то по-прежнему интересно, добро пожаловать дальше.
В 1502 году Альфонсо I, тогда еще престолонаследник, женился на прославленной Лукреции Борджа (1480-1519), дочери папы Александра VI. Жизнь Лукреции — это вообще роман, который должен был написать Дюма (кстати, у него есть повесть "Семейство Борджа" — почитайте на досуге), а не Ваш покорный. Вот ее предполагаемый портрет (ее здесь в виде богини Флоры нарисовали):

Начнем с того, что современники не сомневались, что у Лукреции были очень близкие (простите за эвфемизм, нас дети читают) отношения с братьями — Джованни и Чезаре. И очень многое заставляет подозревать, что таинственное убийство старшего брата — Джованни, герцога Гандийского, — было осуществлено младшим — Чезаре — из ревности. Очень многие подозревают, что и с родным отцом (папой Александром VI) у Лукреции тоже были тесные отношения. По крайней мере, такие близкие отношения позволяют просто объяснить, почему Лукреция в течение всей своей молодости была игрушкой в руках преступных родственников.

Когда настало время выходить замуж, ей подобрали мужа по расчету — Джованни Сфорца (1466-1510), правителя Пезаро (1493 год), известного кондотьера. Только через год такой зять стал не нужен папе, а поскольку этот славный архиерей не стеснялся в выборе средств для устранения неугодных, Сфорца предпочел бежать из Рима. Жизнь свою он спас, а вот с честью получилось сложнее. Папа настаивал на аннулировании брака дочери, Сфорца в глубине сердца понимал, что его при необходимости убьют и на расстоянии, и согласился на развод. Поскольку развода, как такового, тогдашнее право не предусматривало, Сфорца был вынужден под присягой заявить о своей импотенции. На основе этого заявления брак был признан несостоявшимся и аннулирован.sibeaster

Следующим мужем Лукреции (1498) стал Альфонсо Арагонский (1481-1500), внебрачный сын неаполитанского короля Альфонса II (о, я писал об этом незадачливом монархе. Получился неплохой равный союз: королевский бастард женился на внебрачной дочке папы. Только вскоре и этот брак показался преемнику св.Петра бесполезным: Арагонский дом в Неаполе лишился власти, затем вновь ее получил, но уверенности в долговечности этого союзника не было никакой. Штука с разводом явно не проходила: у пары уже родился сын, и говорить об импотенции было бы смешно. Пришлось вместо комедии с разводом разыграть трагедию с убийством. В Риме был устроен бой быков на испанский манер, в котором Альфонса пригласили принять участие. Во время боя Альфонсо и Чезаре поочередно спасли друг друга от разъяренных быков, и никто после этого героического доказательства братства не посмел бы подозревать, что в папской семье возник разлад. Вечером того же дня Альфонс был приглашен на ужин в папе, но дверь, соединявшая их покои, почему-то оказалась запертой, и принцу пришлось выйти на улицу. Там его и поджидали неизвестные, нанесшие ему пять тяжелейших ран и после этого скрывшиеся. Раненого Альфонса перенесли в покои, папа и Чезаре направили к любимому зятю лучших лекарей, а Лукреция, находившаяся за городом, получив известие о происшествии, помчалась в Рим ухаживать за мужем. То ли лекари перестарались, то ли неизвестные киллеры плохо отработали, то ли молодой организм решил выжить, но Альфонсо не умер. И тогда, не дожидаясь возвращения Лукреции, убийцы решили на этот раз действовать наверняка: ночью Альфонсо был задушен в постели.

Так Лукреция осталась вдовой с маленьким сыном на руках. В 1502 году она вышла замуж за Альфонсо д’Эсте. Возможно, и этот брак мог кончиться как-нибудь экстравагантно, ибо планы Александра VI были грандиозными, и дочка могла понадобиться вновь. Но всему на свете приходит конец, и этому удивительному понтифику тоже пришлось умереть. Александр VI и Чезаре Борджиа несколько раз применяли простенький трюк для приумножения собственных сундуков: какого-нибудь богатого буратину человека одаривали кардинальской шапкой (за что полагалось скромное пожертвование), а потом новоиспеченного кардинала отправляли в лучший мир с помощью яда, а кардинальское наследство делили между собой папа и его сын.

6 августа 1503 года Александр VI и Чезаре Борджиа отправились на ужин в некий виноградник, куда уже были приглашены три кардинала, денежки которых были предназначены для пополнения папской казны. Предварительно Чезаре вручил эконому две бутылки вина, приправленные ядом, и приказал хранить их отдельно, пока сам понтифик не пожелает угостить лучшим вином своих гостей. Путь к винограднику шел в гору, денек был жаркий, и порядком взмокшие отец и сын пожелали промочить горло. Эконома не оказалось на месте, а его помощник, знавший об особом вине, отложенном до особого требования его святейшества, распорядился тотчас же напоить хозяина и его сына. Александр VI умер в страшных мучениях через неделю, Чезаре же каким-то чудом выжил. Рассказывают, что, помимо известных только ему антидотов, Чезаре ежедневно принимал такую ванну: здорового быка опрокидывали на спину, привязывали его ноги к железным столбам и разрезали брюхо; на место извлеченных потрохов в чрево быка помещался Чезаре и сидел там, пока бык не остывал. Впрочем, оставшись в живых, Чезаре уже не мог по-прежнему вершить свои деяния: его креатура — папа Пий III очень быстро умер, а следующий понтифик Юлий II (тот самый, в често которого наш герой Альфонсо I назвал свою пушку — см. предыдущую "байку из склепа") не пожелал иметь дело с преступным сыном своего преступного предшественника. Чезаре бежал в Наварру к родственникам своей жены (это чудовище было женатым человеком), где и погиб в нелепой стычке.

Трудно сказать, что испытала Лукреция Борджиа (если кто-то еще следит за сюжетом, то помнит, что рассказ-то начинался с нее), узнав о гибели всей своей семьи. Может быть, это было облегчение. Вся дальнейшая жизнь Лукреции — это роскошный двор в Ферраре, а также многочисленные роды и выкидыши. По именам известны семь ее детей от третьего брака с Альфонсо. Впрочем, о мирном течении супружеской жизни говорить не стоит: у Альфонсо были фаворитки, а Лукреция много лет была в любовной связи с Франческо Гонзага, мужем ее золовки Изабеллы Эсте (той самой покровительницы искусств. Старший сын Альфонсо и Лукреции Эрколе II занял потом феррарский трон, и об этом герцоге мы поговорим позже, а вот о других детях скажу сейчас.

Во-первых, один из их сыновей — Ипполито д’Эсте (1509-1572, часто называемый Ипполито II для того, чтобы отличить от его дяди Ипполито I , архиепископ Милана, Лиона, Арля, неоднократный претендент на папский трон:

Но любим мы его не за святительские труды (которых не было) и не за евангелизацию простодушных (тоже в этом не был замечен). Ипполито увековечил себя в нынешнем веке постройкой знаменитой виллы д’Эсте в Тиволи — прообраза Петергофа, Версаля, Казерты и проч. Я на этой вилле бывал, но, поскольку это уж очень туристический объект, в прочитаете о ней где-нибудь в другом месте, у лучшего автора.
Еще один сын Альфонсо I и Лукреции по имени Франческо (1516-1578) славен не сам по себе, а из-за его дочки с экзотическим именем Марфиза (Marfisa, 1554-1608:, ее маленький дворец сохранился в Ферраре и доступен для посещения в первой половине дня. Фотографий этого особняка не обещаю, ибо там остались только росписи плафонов (всякие голубчики, амурчики, нимфочки и прочая ерунда), которые не слишком-то фотогеничны и (скажем прямо) не показались мне интересными. Единственная выжившая дочь Альфонсо и Лукреции Элеонора (1515-1575) никогда не была замужем, но жила и умерла в феррарском монастыре Корпус Домини.

Прежде чем, мы сделаем еще один шаг к нашему времени, чтобы поглазеть на двор Эрколе II, сообщу вам пренеприятнейшую новость, которая безусловно шокирует ревнителей благочестия (а, впрочем, куда уж больше: понтифик-убийца собственных кардиналов и зятя уже у нас был). Набрали в легкие воздуха, и...

У Альфонсо I была любовница. Ее звали Лаура Дианти (1480-1573). Конечно, нет ничего необычного (как это не прискорбно) в наличии любовницы у герцога. Но вот предполагается, что Лаура была первой в истории дамой, для которой любовник заказал портрет. И кому? Великому Тициану:

Возможно, что и на следующей картине Тициана изображена Лаура:

И жили Альфонсо I с Лаурой долго и счастливо, и родились у них два сына, из которых нам интересен старший — Альфонсо (1527-1587), маркиз Монтеккио. О нем речь будет позже, а пока что просто подкину намек. Никто не знает, были ли женаты Альфонсо I и Лаура, так как есть на сей счет противоположные мнения. Герцог в своем завещании признал двух своих сыновей от Лауры, и в дальнейшем они пользовались при феррарском дворе положением принцев крови. Именно сомнительность брака герцога и Лауры сыграла в дальнейшем злую шутку в истории Феррары. Но об этом потом.

Мы же здесь прервемся, чтобы в следующий раз окинуть скучающим взором судьбу двух следующих герцогов Феррары — Эрколе II и Альфонсо II, а также их прекрасных дам.
...   

Читать далее...

Мы — это то, что мы публикуем
Загружайте фото, видео, комментируйте.
Находите друзей и делитесь своими эмоциями.
Присоединяйтесь
Ноябрь 2014
пн вт ср чт пт сб вс
          01 02
03 04 05 06 07 08 09
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30

Подарки

Войти